Неделя на даче после сессии и я как новенькая. Душа полна оптимизма, вдохновения, а голова задумок.
Для начала выложу вот это - по-моему мило получилось.
Автор: я
Фандом: Final Fantasy VII
Персонажи: Лукреция, профессор Ходжо, Винсент
Отказ от прав: персонажи принадлежат Square-Enix, а остальное лишь мои домыслы
Она любила его, бесспорно. Его невозможно было не любить. И хотя его нельзя было назвать красивым, не покривив при этом душой, он мог дать фору многим красавчикам и ловеласам, известным в корпорации, крутившим интриги направо и налево. В отличие от них, он был порядочным и сдержанным, не выставляющим свои чувства на всеобщее обозрение и перемалывание любителям сплетен. Он был сильной личностью, способной убеждать и очаровывать своей харизмой, пылким любовником и просто гением науки, отдававшимся ей без остатка.
И между тем, она была женщиной, которую он выбрал. Она была благодарна ему и любила его, пытаясь убедить в этом всех, а в первую очередь саму себя.
Лукреция не спеша шла по ярко освещенному коридору подземного этажа особняка Шин-Ра в Нибельхайме, мысленно перебирая в голове все достоинства и прекрасные человеческие качества профессора Ходжо, к которому направлялась. Он назначил ей встречу в одиннадцать, этим вечером в своей комнате, после того как он закончит со всеми запланированными на сегодня экспериментами, обещая выкроить для нее целый час.
У девушки совсем даже неплохо получалось, профессор начал казаться ей весьма милым и вскоре она даже почувствовала теплоту и легкую привязанность к великому ученому, удостоившему ее своим вниманием. Она почти поверила, что любит его, когда из-за поворота появился молодой турк. Сердце Лукреции бешено заколотилось, где-то у самого горла.
Взгляд его карих глаз всегда прожигал ее душу насквозь, хотя и был полон нежности. Однако сегодня он лишь молча опустил голову, пряча взгляд под длинной челкой, стараясь не смотреть в ее сторону. Он прекрасно знал, куда она направляется и зачем, а потому его вечер, вероятно, вновь закончится в местной забегаловке наполненной сигаретным дымом, наедине с так и не начатой бутылкой вина и своей никому не нужной любовью.
Лукреция тоже отвела глаза в сторону, стараясь не смотреть на Винсента. От ее прежней решимости не осталось и следа. Душа выворачивалась на изнанку, обнажая все, что тщательно скрывалось от посторонних глаз. Она замедлила шаг, с замиранием сердца ожидая, что он окликнет ее как всегда и улыбнется, так мило смущаясь под ее взглядом. Она прекрасно понимала, что стоит ему сейчас заговорить с ней, произнести хоть слово, и она пойдет за ним, наплевав на все…
Но он молчал, глядя себе под ноги невидящими глазами, с каждым шагом все удаляясь и навсегда исчезая из ее жизни.
В самом конце коридора Лукреция обернулась, провожая взглядом скрывшегося за поворотом турка. В ее огромных глазах стояли слезы, которые она решительно смахнула, взявшись за холодную, как и ее омертвевшая душа, ручку двери…
Она любила его, бесспорно. И убедить себя в обратном было уже невозможно…